15 янв в 19:36 (ON) Russian2025 (G) :

Для тех кто забыл уроки истории.

Европейская дипломатия мертва. Да, избито, но на этот раз возражения не принимаются. Оказалось, что не «коварные азиаты», а «цивилизованные европейцы» воспринимают дипломатический этикет, просто вежливость как признак слабости. Пришлось дать в бубен. В результате — истерика. Ну, если честно, кажется, это именно то, чего добивался Кремль. И сторонам следует представлять примерный вектор развития такой ситуации.

В сентябре 2019 года Европарламент (ЕП) принял резолюцию «О важности сохранения исторической памяти для будущего Европы», уравнявшую СССР, главного участника антигитлеровской коалиции, с нацистской Германией. Оправдывающую снос памятников советским воинам-освободителям. Не то, чтобы эта резолюция стала большим сюрпризом. Первые официальные потуги начались ещё в 2008 году, когда ЕП принял декларацию «В память жертв сталинизма и нацизма». Причём с тем документом случился курьёз: его подписали накануне 70-летнего юбилея… Мюнхенского сговора. За что ЕП и высмеяли некогда свободные европейские СМИ. Ну и что? Утёрли росу и пошли дальше.

Понятно, что к той войне обе резолюции отношения не имеют, т.к. от события их отделяют 70 и 80 лет. А значит цель их — подготовка к войне будущей. К горячей или холодной, но к войне. Ведь и декларацию 23 сентября 2008 года европарламентарии-торопыжки приняли всего через месяц с небольшим после операции по принуждению Грузии к миру. Так спешили отреагировать. Нужды текущей политики, ничего более.

Понятно было также, что, не «получив в бубен», европейцы продолжат тему «сохранения исторической памяти» до тех пор, пока русские не признают ответственности за истребление неандертальцев. В материале «80-летие пакта Молотова — Риббентропа. Какая у нас щека на очереди?», опубликованном в начале прошлого года, автор предлагал не дожидаясь очередных юбилеев в августе и сентябре, принять комплекс упреждающих мер. Например, выразить 13 марта соболезнования Австрии в связи с 81-й годовщиной аншлюса. А заодно, 17 марта, и Литве, т.к. в марте 1938 года было два аншлюса, но второй гораздо менее известен. Тогда Польша выдвинула Литве ультиматум с требованием в течение 48 часов установить дипотношения, т. е. признать польским оккупированный в 1920 году Вильнюс. Литва сдалась. Но жива в нас Анка-пулемётчица, подпускающая врага поближе. Вот, дождались очередной резолюции Европарламента.

Кремль, наконец, открыл ответный огонь. Похоже, решили «бить аккуратно, но сильно». Плеснём немного водички на мельницу тех, кто твердит о цели Кремля по вбиванию клиньев между членами Евросоюза. Складывается впечатление, что целью контратаки стали самые ретивые русофобские режимы Польши и Прибалтики, тогда как остальным, заслуживающим не меньшей порки, даётся шанс избежать скандалов и обострения отношений с Россией. Если прикрутят риторику.

24 декабря выступая на коллегии Минобороны РФ, Владимир Путин призвал страны Запада в поисках причин Второй мировой войны не забывать об их собственной политике умиротворения гитлеровской Германии. А коснувшись роли Польши, напомнил, что её предвоенный посол в Берлине Юзеф Липский пообещал Адольфу Гитлеру «великолепный памятник в Варшаве» за планировавшееся выселение евреев в Африку. Всё бы ничего, но Путин «в сердцах» добавил пару эпитетов в адрес Липского, назвав его «сволочью и свиньёй антисемитской». А ведь тот почти национальный герой Польши: что-то резкое заявил Иоахиму фон Риббентропу в ответ на требование экстерриториального коридора в Восточную Пруссию. И в Кремле о почитании этого дипломата поляками, конечно, знают.

Результат превзошел самые смелые ожидания. Поляки — дипломаты, депутаты, историки, политики, общественность — показали себя если не полной сволочью, то сказочными недоумками. Не в силах отрицать слова Липского, они договорились до того, что «в то время не было и речи о геноциде евреев… Гитлер, вероятно, в то время думал об отправке евреев в колониальные районы» и будь этот план осуществлён, он «спас бы жизни миллионов евреев», а Липский жертвовал личные средства еврейскому фонду переселения, правда, в Палестину. В общем, сага о том, как Гитлер с Липским евреев спасали. Да и саму идею переселить евреев на Мадагаскар несколькими годами ранее выдвинул высокопоставленный польский чиновник Мечислав Лепецкий, а поддержал сам глава МИД Юзеф Бек. Похоже, СССР помешал. Совратив всех этих добрых людей на новую мировую войну. Договорятся и до этого. Впрочем, уже договорились.

Но возникают вопросы. Если сегодня кто-то создаст фонд переселения евреев в Африку, Амазонию, на Новую Гвинею или внесёт в такой фонд личные средства, будет ли он сволочью и антисемитской свиньёй, или станет героем? (Ведь фонды переселения в Палестину в 1930-х поддерживали далеко не все евреи Европы, да и сегодня тоже, чем же наш фонд будет хуже?) И главный вопрос, какие могут быть претензии к СССР, подписавшему договоры с таким респектабельным и гуманным политиком, как фюрер?

Верхом же истерии стало принятие Сеймом Польши 9 января резолюции «По вопросу о ложном толковании истории политиками Российской Федерации», также утверждающей «равную ответственность» Германии и СССР за начало Второй мировой войны.

Можно долго и нудно, как все предыдущие десятилетия холодной войны, напоминать полякам и миру, что Польша и её союзники не объявляли войны СССР, т. е. там и тогда не определяли ввод РККА как агрессию. Что к 17 сентября Вермахт уже вышел на линию Гродно — Брест — Львов, а правительство Польши в тот же день перебралось в Румынию через горную речку Черемош. Что в «секретном протоколе» к договору о ненападении от 23 августа 1939 не было зафиксировано обязательств одной стороны прийти на помощь другой в случае войны с Польшей, а значит, отношения подписантов нельзя определять как союзнические. Что понятие «сфер интересов» слишком широко, чтобы говорить о «разделе государства». Более того, п.2 допускал «сохранение независимого Польского Государства», а п.1 — Литвы, т.к. подтверждал её «интересы по отношению Виленской области». Таким образом, дух и буква «секретного протокола» заключались в установлении линии, дальше которой не продвинутся войска стороны, оказавшейся в состоянии войны с Польшей. Дальше — сфера интересов (безопасности) другой стороны.

Можно обратить внимание поляков на напоминание представителя МИД РФ Марии Захаровой:

«Правда зафиксирована Нюрнбергским трибуналом. Если польский Сейм сомневается в его решениях, так и надо об этом заявить. У подобного подхода есть своя квалификация — пересмотр итогов ВМВ».
Можно вспомнить (см. материал по ссылке) о том, что такой сякой предатель и русофоб Владимир Резун (Виктор Суворов), не смог ответить на вопрос о том, какая, собственно, альтернатива подписанию договора о ненападении с его «секретным протоколом» была у Иосифа Сталина в августе 1939-го? Без протокола № 3 немцы вышли бы к Минску и Нарве, либо мы в одиночку столкнулись с Германией, либо события пошли… примерно по протоколу.

А ведь в германо-латвийском и германо-эстонском договорах о ненападении (оба подписаны в Берлине 7 июня 1939 года) тоже были свои… «секретные протоколы». По определению историка Владимира Симиндея, «клаузулы» — «джентльменские договорённости» в согласии с Германией предпринять все необходимые меры военной безопасности по отношению к Советской России включая прямую военную помощь. Но почему-то наших соседей бесят термины: «пакт Мунтерса — Рибентроппа» и «пакт Сельтера — Рибентроппа» (по именам глав МИД Латвии и Эстонии Вильгельма Мунтерса и Карла Сельтера).

Всё остальное («если бы не было пакта, то Гитлер не напал бы», «если бы СССР выступил против Германии, то выступили бы Франция и Англия» и т. п.) это и есть сослагательное наклонение в истории. Факт же: Гитлер напал на Польшу, а Франция и Англия войны фактически не начали. То, что Гитлер «не напал бы» или англо-французы «воевали бы по-настоящему» должна доказывать противоположная сторона. Но они эту тему обходят.

«Рядовые поляки» требуют от правительства не приглашать Путина на мероприятия чествования жертв концлагеря Аушвиц (Освенцим). Можно напомнить им о том, что в сентябре 1939 года почти 3 млн поляков вспомнили о том, что они фольксдойче: имеют долю немецкой крови или были подданными Германской и Австро-Венгерской империй. Адвокаты в архивах без перерывов на кофе трудились. Именно из фольксдойче состояла большая часть рядового и унтер-офицерского состава охраны Освенцима. Отличились они, например тем, что забили до смерти братьев Степана Бандеры — в общем-то, случайных в политике людей Андрея и Василия, (то есть в своей ненависти к Бандере эти фольксдойче оставались «настоящими польскими патриотами»!). Тех охранников немцы за самоуправство расстреляли: Бандера содержался в другом лагере в комфортных условиях и был им ещё нужен. Но факта это не отменяет: Освенцим — польско-нацистский лагерь смерти. Так что, да, имеют право решать, кого приглашать.

Но лично автора почему-то зацепили две идентичные формулировки деклараций Евросоюза и Сейма, соответственно: «поделили Европу и территории независимых государств между двумя тоталитарными режимами» и «первыми жертвами обоих тоталитарных режимов стали Польша и государства Центральной и Восточной Европы». Под «жертвами» подразумевается этакое стадо демократических овечек. Между тем, во второй половине 1930-х Центральная и Восточная Европа была заповедником фашистских и жестких авторитарных режимов. За исключением Австрии и Чехословакии, но они к сентябрю 1939 года уже были уничтожены. В чём поучаствовали и Польша с Венгрией.

Нацизму сопротивлялись сербы, греки, словацкие коммунисты. Венгрия Миклоша Хорти, Румыния Йона Антонеску, Словакия Йозефа Тисо, Болгария Бориса III — жертвы? Да союзников просто судить надо за поставленное Советскому Союзу оружие, которым убивали венгров и румын под Сталинградом! Остаётся только «гиена Европы» (ну правда, стоило ли мараться ради 805 квадратных километров Тешинской области? кстати, главный аргумент Польши: «один раз и чуть-чуть — не агрессор»). У Польши свой концлагерь для содержания «врагов государства» появился одновременно с нацистскими в Германии, в Берёзе-Картузской ныне в Белоруссии. Ну и три прибалтийских «шакалёнка»: фашистские (однопартийные, националистические, репрессивные) режимы Константина Пяртса, Карлиса Ульманиса и Антанаса Сметоны. Жертвы, говорите?

Справедливости ради следует отметить, что часть польских экспертов поняла, что происходит, назвала это «дипломатической войной», призвала политиков и лидеров общественного мнения прекратить попытки заработать очки на патриотизме, заткнуться и подождать, пока не придумается какой-то адекватный ответ на «троллинг». Подождём 27 января, когда союзники по НАТО соберутся в Освенциме праздновать его освобождение Красной Армией. Возможно, придётся к месту заявление из России о польско-нацистском лагере смерти и его охранниках фольксдойче — «истинных патриотах Польши».

Еще один явный объект российской атаки — Эстония. Здесь камнем преткновения стал договор о границе.

Краткая предыстория. 2 февраля 2020 года РСФСР заключила с Эстонией так называемый Тартуский мирный договор (тогда его называли и Юрьевским, и Дерптским). Не столь «похабный», как Брестский мир, но не намного лучший. Граница прошла по фактической линии фронта примерно в 8−10 верстах вдоль правого берега Нарвы и в стольких же от окраины Пскова, отрезав от России соответственно Принаровье и Печоры. Не в оправдание, а в объяснение согласия советского правительства на такую границу: в начале января поляки взяли Двинск (Двинабург, Даугавспилс), а к концу месяца подошли к Полоцку и Житомиру. Нужно было вывести из войны хотя бы эстонский фронт.

23 августа 1944 года Президиум Верховного Совета (ВС) СССР по представлению
Навигация (1/3): далее >
151 2 12 3

Комментарии (1)

Показать комментарий
Скрыть комментарий
Для добавления комментариев необходимо авторизоваться
Замки
Уникальная онлайн игра! Интересное развитие сюже...
Версия: Mobile | Lite | Touch | Доступно в Google Play